08.06.2016

«Валютное» дело 1961 года

Людям, не жившим в СССР, трудно представить, что для подавляющего большинства советских граждан существовала только одна валюта — советские рубли. Они даже не знали, как выглядят американский доллар или британский фунт. Поэтому настоящим шоком для них был процесс о валютчиках в 1961 году, в ходе которого озвучивались миллионные суммы как в рублях, так и в иностранной валюте. Расстрельный приговор в отношении трех главных фигурантов был воспринят как вполне заслуженное наказание.
 
Началось все в марте 1959 года. Американский экономист Виктор Перло, искренний друг Советского Союза, упомянул при встрече с министром внешней торговли Микояном, что неизвестные молодые люди неоднократно предлагали ему обменять доллары на рубли по кур- су, ну очень отличающемуся от официального. Присутствовавший при разговоре партийный идеолог Суслов воспринял эту информацию очень серьезно. Он лучше других понимал, какую опасность для советской идеологии таят в себе группы молодых людей, ориентированные на западные ценности. Суслов обвинил руководство МВД в некомпетентности и добился передачи всех дел, связанных с валютой, в ведение КГБ. Председателем КГБ тогда был назначенный на это место в декабре 1958 года Александр Шелепин. «Железный Шурик» был готов, что ему подкинут заковыристое «дело», чтобы проверить на компетентность, но к валютному не был готов абсолютно. Наработок нет, специалистов нет, агентуры нет. Полный ноль! ОБХСС (Отдел по борьбе с хищениями социалистической собственности, структура МВД СССР. — Примеч. ред.), ранее занимавшийся валютчиками, накопленным «багажом» делиться не пожелал. В недрах КГБ была образована служба по борьбе с незаконными валютными операциями, работники которой начали изучать проблему.

Последние громкие процессы относились к периоду НЭПа. После этого валютный рынок в течение почти 30 лет в СССР не существовал. Но в последние годы ситуация изменилась. Все большее число советских граждан выезжало за рубеж. Кроме туристов это были как отдельные деятели культуры, так и целые творческие коллективы — танцевальные, хоровые, театральные — и спортсмены. Каждому выезжавшему разрешалось поменять не более 30 рублей по банковскому курсу. Этих денег для приобретения за рубежом модных шмоток явно не хватало. В ответ на возникший спрос появилось предложение. Источником валюты были иностранные туристы и сотрудники отдельных посольств. Золотые монеты массово ввозили учившиеся в военных академиях арабские военнослужащие. Провозили они их в потайных поясах, за раз перемещалось до 500 монет, каждый 10-рублевый «николашка» продавался по 1500–1800 рублей. По мере изучения новой для них сферы изумление сотрудников КГБ только росло. В Москве была построена целая сеть по скупке валюты и золота. Внизу стояли «бегунки», непосредственно завязывающие контакты с иностранцами, выручку они сдавали «шефам», на вершине пирамиды стояли «купцы», которых знали только избранные. Сердцем валютного рынка была так называемая «плешка» — участок улицы Горького от отелей «Москва» и «Националь» до Пушкинской площади. Кагэбэшники начали собирать фотогалерею завсегдатаев «плешки» и ждать подходящего случая, чтобы взять кого- либо из «купцов». И такой случай вскоре представился.

В одном из домов Колокольного переулка техничка, убирая подъезд, нашла за батареей газетный сверток. Она развернула его и обомлела: в нем лежали зеленые бумажки одинакового размера с иностранными буквами и цифрами. Хотя женщина раньше никогда их не видела, она догадалась, что это — деньги, и понесла их туда, где деньгам самое место — в банк!

В эпицентре конфликта Власть и закон в СССР Сотрудники банка, которым женщина принесла находку, позвонили куда следует, и вскоре к банку подъехала машина, из которой вышли два молодых человека в одинаковых серых костюмах. Внимательно выслушав рассказ женщины, они поблагодарили ее и оставили номер телефона с просьбой позвонить, если что. СТУДЕНТ А в это самое время батарею уже в третий раз обшаривал молодой человек. Не найдя свертка, он здраво рассудил, что кроме уборщицы за батарею никто не полезет. Проявив смекалку, он уже через несколько часов знал ее имя и домашний адрес. Вечером к старательной уборщице заявился «студент», жалобно просивший отдать сверток. Это была ошибка. Женщина никак не могла отдать того, чего у нее уже не было, а после ухода позвонила по оставленному ей телефону. Приехали те же два молодых человека и разложили перед хозяйкой полтора десятка фотографий: «Посмотрите внимательно, не узнаете ли вы кого-либо из них?» Женщина ткнула пальцем в одно из фото: «Этот». Это был Владислав Файбишенко. На момент задержания у него нашли 148 золотых мо- нет британской чеканки и 50 000 рублей. Ясно было, что взяли не мелкую рыбешку, но Файбишенко «колоться» и сдавать бизнес упорно не хотел. Двадцатичетырехлетний студент предпочитал получить минимальный срок (3–8 лет), выйти досрочно и вернуться в дело. Сотрудники КГБ устроили обыск на его съемной квартире и обнаружили два тайника. Они изъяли валюту на 500 000 рублей и пакет с долларами, на котором было написано «Я.Р.». В картотеке завсегдатаев «плешки» среди прочих фигурировал 33-летний Ян Рокотов. Чекисты сложили два и два, получили четыре и установили слежку за Рокотовым, еще не зная, что именно он находится на самой вершине пирамиды.

Однажды группа наружного наблюдения зафиксировала Рокотова на Ленинградском вокзале с объемистым чемоданом. Немного покрутившись, проверяя, нет ли слежки, Рокотов сдал свой багаж в камеру хранения. Чемодан изъяли. В нем нашли валюту, золотые монеты и советские рубли. Это были все богатства Рокотова, которые он, как Корейко, хранил в чемодане, постоянно его перепрятывая. Сотрудники поняли, что подцепили кого-то с самого верха. Вслед за Рокотовым стали брать и всех остальных. Всего по делу проходило около 10 человек. Основным фигурантам — Рокотову, Файбишенко и Яковлеву — дали максимальный срок: по 8 лет. Валютчики были просто потрясены. Знали бы они, что скоро и о 15 годах будут мечтать как о счастье!

В декабре 1960 года Хрущев посетил Западный Берлин. На встрече с журналистами он в свойственной ему манере громил порядки в городе, превратившемся в «грязное болото спекуляции, где черная биржа правит бал». И получил «обратку»: «Да такой черной биржи, как у вас в Москве, во всем мире не сыскать!» Уязвленный Хрущев еще на аэродроме потребовал, чтобы к его прибытию подготовили справку о борьбе с валютчиками. Первой шла информация о «деле Рокотова». Прочитав, что троице дали по 8 лет, Хрущев возмутился: «Почему 8, если верхняя планка 15?!» Ему пояснили, что указ, приподнявший верхнюю планку за незаконные валютные операции до 15 лет, был принят уже после ареста валютчиков. Согласно мировой практике, обвиняемых судят на основании законов, существовавших на момент совершения преступления, закон обратной силы не имеет — это аксиома мировой юриспруденции. «Что значит «не имеет»?! — взвился Хрущев, — Дать!» Состоялся еще один суд, на котором Рокотову, Файбишенко и Яковлеву дали по «пятнашке». Но и этого, по мнению Хрущева, было мало!

Дело валютчиков обсуждалось на Президиуме ЦК КПСС и на пленуме, где Хрущев потрясал письмами трудящихся, «возмущенных мягкостью приговора» и требовавших «примерного наказания преступников». В июле 1961 года Президиум ЦК КПСС принял указ, вводящий смертную казнь за экономические преступления в особо крупных размерах. Валютчиков судили в третий раз! Самый гуманный суд в мире за неполных два дня рассмотрел дело и дал всем троим высшую меру. Точку в деле валютчиков поставила пуля.


Рейтинг: 18  Сухарев Иван Константинович 0 452

Комментарии

 

Чтобы добавлять комментарии Вам необходимо авторизоваться.